Анна Дюмон родилась в 1895 году в небольшом городке на севере Франции в семье скромного аптекаря и учительницы. С детства она впитывала рассказы отца о лекарствах и помощи людям, а от матери переняла терпение и умение слышать чужую боль. В юности Анна часто помогала отцу в аптеке — отмеряла порошки, готовила простые составы, училась различать травы и понимать, как тело откликается на лечение. Эта тихая, но упорная практика стала её первой школой милосердия.

Когда Анне исполнилось восемнадцать, она твёрдо решила стать медсестрой и уехала в Париж, где поступила в одну из лучших сестринских школ при крупной городской больнице. Учёба давалась нелегко: строгий распорядок, долгие дежурства, необходимость мгновенно принимать решения в критических ситуациях. Но именно там Анна научилась не теряться среди хаоса, держать голос ровным, а руки — твёрдыми, даже когда сердце колотилось от страха. Её наставники отмечали редкую способность оставаться собранной в самые тяжёлые минуты и одновременно говорить с пациентами так, что те чувствовали: их слышат и не оставят одних.

После окончания обучения Анна несколько лет проработала в парижской больнице, ухаживая за самыми тяжёлыми больными. Она видела эпидемии, ночные тревоги, моменты, когда казалось, что медицина бессильна, и всё же каждый раз находила способ сделать хоть что-то: согреть, напоить, перевязать, просто посидеть рядом. Война, начавшаяся в 1914 году, изменила всё. Больницы переполнились, врачи уходили на фронт, а медсестры становились опорой всей системы помощи. Анна не раздумывая подала заявление в Красный Крест и вскоре оказалась в прифронтовых госпиталях, где каждый день был испытанием на прочность.

В 1916 году Анну перевели на службу в военно-медицинские перевозки. Ей предложили место на госпитальном судне «Британник» — огромном лайнере, превращённом в плавучий госпиталь для перевозки раненых. Для Анны это был новый мир: палубы, уставленные койками, гул двигателей, солёный ветер и бесконечная череда пациентов, которых нужно было поддерживать в пути. Она быстро освоилась среди корабельной суеты, научилась чувствовать ритм судна и предугадывать, когда больному станет хуже из‑за качки или долгого перехода...